Библиотека -> Статьи наших психологов

 

Интервью с Майковым и Карельским

Владимир Майков, биофизик и философ, последние 35 лет работает как философ и трансперсональный психолог.  

Герман Карельский, психолог, кандидат философских наук, с начала 90-х занимается трансперсональной и интегральной психологией.  

Вы являетесь авторами нового трансперсонального дыхания. Расскажите, пожалуйста, что это такое?  

Владимир Майков:  

В науке ученые многие десятилетия бредят теорией великого объединения, которая собрала бы воедино разрозненные дисциплины – космологию, квантовую физику, теорию полей, теорию элементарных частиц. Единой теории реальности не существует. Но ее получение позволило бы нам понять очень многое, в том, как всё устроено, и достичь небывалых высот. В психологии эта тенденция?– объединять, интегрировать и находить единые сущностные вещи – тоже существует. И многие новаторские психологические подходы двигались этой мощной страстью к объединению. И основание для такого объединения в психологии есть, потому что есть центр интеграции?– сам человек,  он един. Человеку всё равно, с какой стороны его изучают?– с психоаналитической, процессуальной, трансперсональной или телесной. Он один и поэтому всё для человека.  

Много лет мы проработали в трансперсональном поле с различными методами и техниками дыхания. Став экспертами в таких классических техниках, как холотропное дыхание, ребефинг, вайвейшн, буддийское наблюдение за дыханием, и познакомившись и с другими методами, в том числе кундалини-йога, суфийское дыхание, мы попытались объединить все существующие практики и методы дыхания. Чтобы работать с дыханием, не будучи ограниченными никакими ситуациями, никакими обстоятельствами, никакими условиями. Мы убеждены, знаем и можем научно доказать, что дыхание является одной из самых эффективных модальностей работы с душой.  Потому что дыхание связано с сознанием. Физический процесс выдоха и вдоха участвует в процесс коммуникации. Моя речь, которую вы слышите, когда я говорю, – это мой модулированный выдох, в каком-то смысле я выдыхаю себя, и это становится речью. А вдох – это обновление, я обновляюсь, я наполняюсь новыми смыслами. То внутреннее, что в нас называется душа, оно изначально  формируется в процессе дыхания. Только дыхание мы понимаем не сугубо физиологически, а более широко – метафизически, так, как дыхание понимали древние традиции, которые внимательно относились к дыханию. Например, цигун в Китае, практики тибетской йоги,  тантра-йоги, которые напрямую работали с дыханием и учитывали эти мощнейшие переплетения души-дыхания-психики-духа-жизни. В русском языке эта связь отражена и в языке – вдох-выдох-сдох или бездыханный, то есть жизнь прекратилась. Поэтому дыхание – синоним жизни. В индоевропейских языках корень примерно произносится как «дхео» (дыхание), от этого греческое «теос», латинское «деус» (бог) и все славянские слова, которые связаны с дыханием, душой и т.д.  

Дыхание напрямую участвует в производстве и формировании души. В процессе ежеминутных вдохов формируется наша душа, а на выдохе мы коммуницируем с другими душами. Недаром говорят по-русски «душа в душу». Поэтому все основные проблемы, которые описываются психосоматической медициной, первоначально возникают как внутреннее напряжение, эмоциональное омрачение согласно разным духовным традициям, и затем проявляются как телесные недуги, переходят на тело. Что является главным механизмом соматизации внутренних напряжений? Дыхание! Потому что любые внутренние психические напряжения дублируются в напряжениях дыхания и дыхательного аппарата, главным инструментом дыхательного аппарата является диафрагма – самая сильны мышца нашего организма, которая в этом случае как линза фокусирует напряжение на теле и на органах, поражая их. Хроническое проживание в  тех или иных негативных эмоциональных состояниях неизбежно приводит к соматизации. Поэтому дыхание является первичным механизмом соматизации внутренних механизмов. Но и в обратном процессе – выздоровления – дыхание является самым коротким путем. Поэтому работа  с дыханием является видом того, что я называю изначальной первичной  психотерапии.  

С древнейших времен практика работы с дыханием используется именно с этой целью. Поэтому наше движение начиналось с двух сторон. С одной стороны – вернуться к самым истокам, тому, что мы забыли в этой узкой специализации по всем целительным, уравновешивающим, гармонизирующим практикам, вернуться к дыханию, где всё уже собрано воедино. И второе – преодолеть разобщенность, изолированность этих практик дыхания, которая в силу разных причин отделились и стали каждый, как кулик на болоте, провозглашать свою исключительность, свое превосходство и свою первичность в ущерб человеку, который уже не может работать с дыханием в любой ситуации. Наша задача состояла в том, чтобы найти возможность работать с дыханием в любой ситуации, найти объединяющие принципы. Об этом я скажу еще после Германа. 

Герман Карельский:  

Под трансперсональным дыханием, или  другое  его название пневмосинтез, понимается объединение всего лучшего, что существует в различных дыхательных технологиях. С одной стороны, мы объединяем, а с другой стороны, мы развиваем то, что есть. И человек, который обучается пневмосинтезу, осваивает всё, что является сейчас основными дыхательными техниками – холотропное дыхание, ребефинг, вайвейшн, техники свободного дыхания, контекстуальные дыхательные и телесно-дыхательные практики. Также человек, изучающий пневмосинтез, должен ознакомиться с основными архаичными технологиями – пранаямой, суфийским дыханием и другими техниками, которые использовались с незапамятных времен в различных духовных традициях. Потому что когда мы говорим о современных дыхательных технологиях, имеет смысл посмотреть на то, что было в стародавние времена, какие техники доступа к сакральным измерениям бытия существовали в тех или иных духовных традициях?– шаманизме, йогических практиках, практиках воинских искусств. Никакое воинское искусство не может существовать без упражнений, связанных с дыханием, без работы с внутренними энергиями, без наработки навыка управления состояниями.  

Поэтому мы не замыкаемся в рамках одной методики. Мы исследуем, что было наработано человечеством за многие столетия, тысячелетия, а также то, что наработано совсем недавно, в 20 и 21 веке, и развиваем то, что есть. Методика пневмосинтеза не связана ни с какими  торговыми марками. С одной стороны, плюс торговой марки на психотехнику в том, что она  позволяет держать чистоту линии, метода. Но с другой стороны, стагнирует метод, метод может не развиваться внутри определенных рамок. А мы получаем возможность развивать те методы, что уже существуют. И естественно, что развитие метода – это проникновение в зону конфликта. Когда мы исследуем новые грани метода, новые грани способа самоисследования, трансформации, мы оказываемся в ситуации полемики с коллегами. Открывая что-то новое, мы сталкиваемся с множеством спорных моментов. Но любой спор, конфликт, как говорил автор процессуального подхода Арнольд Минделл, – это бессознательное стремление к интеграции. Это стремление к объединению конфликтующих сторон, когда конфликтующие стороны объединяются, когда решается задача конфликта и высвобождается некий потенциал.  Энергия, которая была затрачена на конфликт, высвобождается и превращается в ресурсное состояние. Так что, любая зона роста, она же зона конфликта, – это пространство новых возможностей, новых ресурсов.  

Майков:  

Поэтому мы не конфликтуем, хотя порой наша позиция заявляется достаточно четко. Мы стараемся найти формулу объединения, и основания для этого есть. Сначала надо избавиться от идеи исключительности или превосходства какой-то дыхательной практики над всеми остальными. Ни одна практика не является панацеей. Сколько мифов порождено вокруг различных методов дыхания. И результат – взаимная критика, непонимание, перевод общего пространства работы с дыханием не в конструктивное поддерживающее взаимно развивающее поле, а в поле конфронтации, конфликтов. Мы исходим из того, что каждый метод, раз уж с ним связана сложившаяся практика и традиция, идеален для определенной ситуации, обстоятельств. И то, что можно сделать в вайвейшн, никогда не сделаешь в холотропном дыхании. Потому что для дыхания вайвейшн достаточно пяти минут, и ты уже можешь многое сделать, решить локальные проблемы. Но для холотропного дыхания нужно минимум 3 часа времени и специфическое пространство. Далеко не у каждого есть такого рода ресурсы.

Практически психосинтез – это очень индивидуальный подход?   

Майков:

Объясню. Неверно было бы считать, что мы исследовали различные методы дыхания, определили их специфику, наилучшую зону работы и сказали – вот это и есть пневмосинтез, или трансперсональная практика дыхания.  Это не так.  Потому что пневмосинтез – это направление. (Как следует из этимологии самого слова, «пневмо» – это греческое слово для обозначения дыхания и духа, а «синтез» – это то, что объединяет, пространство объединения, объединяющие силы, всё, что интегрирует, это целостное собрание всего.) Нам важно было найти, прежде всего, общие принципы интеграции всех подходов. Оказалось, что это не так просто, и потребовалось хорошее и глубокое знакомство со многими другими ведущими трансперсональными практиками.  

Теоретическое знание пневмосинтеза основано на лучших достижениях холотропного подхода (там очень много ценного и гениального) и на лучших достижениях процессуального подхода, который почти не присутствует в оригинальном подходе Грофа. Некоторые ведущие порой даже и не слышали об этой великой школе?– о процессуальной работе, о гибком и универсальном инструменте. Мы знаем, что какое-то время С.Гроф и К.Уилбер находились в ситуации серьезной дискуссии и отчасти непонимании. Сейчас ситуация поменялась, но тем не менее в классическом холотропном подходе существует определенная отстраненность от классического интегрального подхода Уилбера. Я как человек, хорошо знакомый с интегральным подходом (я издавал первые пять книг К.Уилбера в России, лично с ним встречался, брал интервью,  учился у него интегральным практикам) всячески поддерживаю развитие интегрального подхода в России и СНГ и считаю, что это один из блестящих современных вариантов интегрального движения. Поэтому привнесение всей мощи наработок интегрального подхода в пространство пневмосинтеза жизненно необходимо. Если к этому добавить еще и школу работы с состояниями сознания Чарлза Тарта, практику работы с резервными возможностями человека Майка Мёрфи из Института Эсален, другие великие трансперсональные подходы  и ряд менее известных в России школ, то окажется, что исходная почва для нового всеобъемлющего синтеза, нового горизонта для работы с дыханием уже создана. Поле уже вспахано, и остается только отважиться посадить туда семена нового метода.  

И мы как люди, хорошо знакомые с процессуальным подходом, мы прекрасно знали, что процессуальная работа, несмотря на то что этот метод открывает почти безграничное поле (его можно использовать с отдельным индивидом, семьей, коллективом, группой, нацией, сновидениями, конфликтными ситуациями, в бизнес-коучинге), сохраняет одну и ту же структуру, существуют единые принципы. Это вселяло в нас надежду, что подобного рода принципы могут быть найдены и для работы с дыханием. И первый принцип интеграции – это сам человек. Каждый из нас является центром интеграции, и нам безразлично каким методом мы достигаем лучшего качества жизни, решения проблемы, облегчения, гармонизации. Нам важен результат, качество результата, его эффективность, скорость. Поэтому в центре не методы, а человек. Человек существует не для того, чтобы на нем применялись методы, а методы существуют для человека. Поэтому человек в центре интеграции, человек может использовать практики дыхания в разных ситуациях.  

Какой же общий принцип работы с дыханием? Принцип объединения очень простой. Дыхание само по себе уже интегрально, потому что в дыхании есть тело («сома»), двигаются дыхательные мышцы и диафрагма и есть процесс соматизации. Дыхание – это энергия, жизненная энергия. И мы знаем, что это напрямую связано с циклом Кребса и чем интенсивнее мы дышим, тем интенсивнее заряжаются клетки (митохондрии, энергетические станции организма). Это главное в дыхательном процессе.  И для организма безразлично, каким способом мы усилили энергизацию, важен результат – энергизация. И энергию, полученную в результате активации дыхательной практики, мы тоже можем использовать разнообразными способами и методами. Различные дыхательные практики отличаются 5–6 базовыми параметрами, связанными с дыханиями и связанными с вниманием и смыслами. Это позволило нам построить свою систему элементов дыхания, как в свое время Менделеев построил свою систему физических элементов. И так же, как в таблице Менделеева один элемент переходит в другой в результате некоторых реакциях, так и мы в периодической системе элементов дыхания показали возможный переход от одного метода дыхания к другому, при изменении одного из пяти–шести ключевых параметров. 

То есть присутствует четкая структура, последовательность реагентности индивида на какие-то методы?

Майков:

Конечно. И это позволило нам, основываясь на интегральном принципе, который у Кена Уилбера связан со срединным путем в буддизме, понять, что главным в пневмосинтезе является срединный путь дыхания – нахождение в сосредоточении, из которого возникают любые виды и техники дыхания. Это мы и называем пневмосинтезом. Поэтому даже если на семинарах Германа Карельского люди занимаются чем-то внешне похожим на вайвейшн, они занимаются пневмосинтезом в стиле вайвейшн. Или если мы дышим интенсивно и разбиваем группу на ситтеров и холонавтов, это пневмосинтез в стиле холотропного дыхания. Потому что теоретический базис и предметное поле, помимо холотропной парадигмы Грофа, включает еще  четыре ключевых трансперсональных парадигмы и гигантскую область духовных практик.   

Мы не хотим наступать на те же грабли и порождать новый исключительный метод, который превыше всех. Мы говорим – это пневмосинтез, и каждый волен входить в общее пространство. Вот общие принципы – можно практиковать, можно стать мастером, можно приобрести новые навыки работы с дыханием в любых ситуациях, можно на более глубоком уровне понять и пережить эту удивительную взаимосвязь между жизнью, энергией, дыханием, жизнью, сознанием.  Всё это использует самый мощный, самый эффективный механизм, который встроен в нас, дарован нам, – дыхание.  

Вот вкратце  о новизне теоретического видения и концепции. Есть еще бездна архиважных, тончайших моментов в плане тонкой дифференциации пневмосинтеза от других ключевых дыхательных практик, в плане особенности работы на сессиях пневмосинтеза. Например, в чем отличие сессии пневмосинтеза в формате холотропного дыхания от холотропного дыхания – есть несколько важнейших моментов, где мы можем освободиться от ограничений и идти дальше более свободно и получать новые результаты. 

Приведите пример, потому что наши читатели и дышали холотропным дыханием и читали и знают.  

Пожалуйста, в самом названии холотропного дыхания уже существует указание на ключевой используемый метод, философскую парадигму – это слово «холотропный». Недаром Гроф использует это слово для дыхания и вообще для всего своего вклада в трансперсональную психологию, обозначая холотропную парадигму. Это сумма всего того, что сделали Станислав и Кристина Грофы. «Холос» – это целое, «тропейн» – двигаться по направлению. Модель движения от части к целому является мощнейшей моделью.  Мы с помощью дыхания движемся к целому. Как? Мы вдыхаем весь мир и  выдыхаем напряжение, выдыхаем коммуникации, восстанавливаем связи и  становимся более целыми. Так работает холотропное дыхание на уровне «прошивки», если говорить языком программистов. Нас интересует, как любые практики работают на уровне прошивки, и как мы можем изменить эту прошивку, создав новые возможности.  

Как известно, в мировых духовных традициях, модель движения от части к целому – модель эволюции живых существ, сознания в частности – является одной из 10 базовых моделей. Одной!  Кроме этой, существует модель, которая по-гречески называется метаморфозис. По-латински называется трансформация, трансфигурация – смена формы. В славянских языках – это преображение. Если брать конкретные практики, то это практика тантры. Это преображение нечистого видения в чистое видение. Здесь ни слова не говорится о движении от части к целому. Это принципиально другая модель. Мы уже чистые, мы уже совершенные, но видение нечистое и его нужно изменить. В Европе аналогичная модель алхимия. Это тоже преображение с помощью философского камня – преображение нечистых металлов, элементов  в чистые, совершенные. И как мы знаем, для К.Г.?Юнга алхимия последние 30 лет была краеугольной моделью для процесса психотерапии, для процесса индивидуации – достижения совершенства души.  

И третья фундаментальная модель – это просветление. Где здесь о части  и целом, где здесь о преображении? Нет, говорится о свете, о фаворском свете, о духовном светильнике (в буддийских текстах – о светильнике уверенности, свечка внесенная в темную комнату озаряет всё светом, пусть  она слабая, но мы уже не натыкаемся на препятствия и можем ориентироваться, это светильник знания, учения). Это совершенно другая антология.  

А есть еще и другие?– например, пробуждение и т.д. В традиции дзогчен существует 21 тантра Дзогчен Семдэ, где описывается и практикуется 21 фундаментальный метод достижения просветлений, ни один из них не сводится к другому. Они все фундаментальны и различны. Если мы расширяем контекст от общечеловеческого до элитарного, то там мы можем найти еще больше фундаментальных и не сводимых друг к другу моделей. Поэтому возникает естественный вопрос – по какой причине ограничивать себя, свое восприятие, методы работы только одной моделью, когда мы работаем с дыханием, например, только холотропной моделью? Это значит, создавать препятствия, не использовать возможности. Поэтому мы снимаем это ограничение в пневмосинтезе. Это всего лишь один пример, но есть и ряд других.  

Пример, связанный с идеей внутреннего целителя. Моим ответом на монологичную концепцию внутреннего целителя как чего-то такого, что внутри нас совершает исцеление, является представление, которое я развиваю на протяжении 25 лет, об изначальной психотерапии, или древних практиках заботы о душе. Сама по себе это универсальная идея, она абсолютно верна. И поэтому направление, на которое указывает концепция о внутреннем целителе в холотропном подходе, абсолютно верно. 100%. В любой религии мы можем найти советы и упование на высшее?– на волю бога (молитва оптинских старцев начинается с упования на волю божью), даосы следовали дао – высшему. Фрейд следовал сновидениям, из этого родился проект первой европейской глубинной психологии – психоанализ. Юнг следовал дальше – бессознательному. И бессознательное не подвело его, и возникла аналитическая психология. Гроф следует целому – холотропному – как когда-то следовали в милетской школе первые европейские философы, например, в учении Парменида о едином. Но холотропной парадигме Грофа не хватает философской глубины, потому что, для того чтобы она стала исчерпывающей великой философской концепцией, она должна вобрать в себя все предшествующие попытки работы с единым.  Это милетская школа, Плотин и Платон, традиция адвайта-веданта, новая веданта, недвойственные практики Тибета, такие как дзогчен (и бонская традиция, и традиция Гараба Дордже), интегральные практики веданты Шри Ауробиндо, великая философия всеединства (российская школа Владимира Соловьева и его учеников Бердяева), полифоническая теория личности Карсавина, эсаленский подход интегральных практик и Кен Уилбер. Где всё это в холотропной парадигме Грофа? Этого нет.  Нет развернутой теории состояний сознания, потому что Гроф только вводит представление о хилотропном и холотропном сознании. Это на уровне аксиомы. Но философской теории состояния сознания, из которой выходили бы фундаментальные состояния – холотропное и холотропное, – у Грофа нет. Предпосылки для создания такой теории есть – у Чарлза Тарта, Мартиндейла и других авторов. Сейчас я не буду вдаваться в детали. Но своим студентам я давал подробный проект – как можно создать такую теорию (это огромная работа, может, поэтому это еще не было сделано). Если вернуться к идее внутреннего целителя – эта идея абсолютно верна, но ограничена. Потому что в наше время разговоры о том, что нужно верить во внутреннего целителя или довериться ему – это то же самое, что советы пастора или религиозного деятеля, или советы наподобие «Умом Россию не понять, в Россию можно только верить». Только верить – это значит отрицать достижения науки и культуры, технологий. Мои исходные позиции состояли в том, что люди не могут ошибаться и до современной психотерапии (то есть до З.Фрейда и  Й.Брейера, а это немногим больше ста лет назад) каким-то образом на протяжении тысячелетий люди решали свои проблемы, избавлялись от напряжения, в сложных ситуациях находили выход, исцелялись. И эти изначальные древние практики заботы о душе, которые использовало человечество тысячелетиями, я тщательно изучал на протяжении примерно 25 лет. Первая моя статья из серии «изначальная психотерапия»  –  «Психотерапевтическая машина времени» – была опубликована в 1994 году.   Я обнаружил, что существует 10 фундаментальных практик заботы о душе, отобранных мировыми культурами и передаваемых из поколения в поколение. Именно они составляют основу того, что называется психотерапией, и именно они составляют ядро того, что мы могли бы назвать внутренним целителем и его работой.  

Вот разница между подходом пневмосинтеза в этой области и холотропным подходом. Холотропный подход останавливается на уровне веры, мы идем дальше, мы знаем. Мы, понимая, что никакая теория не ограничивает возможности проявления бесконечных и всесильных внутренних целительных механизмов (которые Гроф называет внутренним целителем), тем не менее говорим, что мы можем дать некоторые промежуточные модели,  и основанием для таких моделей является исследование мирового опыта исцеления души и заботы о душе. Дальше, зная это, мы можем упражняться в различных методах изначальной психотерапии, совершенствоваться и применять в работе со своими клиентами. На более эффективном первозданном и глубинном  уровне. Поэтому раньше, не практикуя изначальную психотерапию, мы были вынуждены просто верить во внутреннего целителя. Теперь, когда мы знаем 10 изначальных видов психотерапии, у нас уже есть чувство уверенности, основанное на знании, опыте и практике в этой области. Это совсем другое.  

Это я бегло описал различия. Причем внешне для человека, который смотрит сеанс пневмосинтеза, это выглядит как холотропное дыхание, но в плане понимания, видения пространства и возможности дальнейшего роста – это большая разница. К сожалению, ситуация с копирайтом на холотропное дыхание такова, что в рамках холотропной парадигмы такое развитие невозможно. Это большое сожаление, потому что это великий метод. Но к счастью, это стало одним из толчков к развитию нового понимания и синтеза, который может быть очень полезен людям.  

Вациете: Получается, ваш подход обладает огромным потенциалом развития. Герман, ты упомянул про обучение. То есть, пройдя определенный курс, получив определенные знания, человек может уже сам использовать какие-то методы?

Карельский:

Да. Я немного повторюсь и потом выйду за рамки того, что повторю. На первом этапе человек должен освоить основные современные дыхательные технологии. Также должен иметь представление о древних или архаичных техниках работы с дыханием. И познакомиться с техниками доступа к сакральным измерениям бытия, работой с необычными состояниями сознания – будь то в контексте медитации, депривации, практик предельного опыта и т.д. Человек должен освоить различные методы работы с необычными, измененными или расширенными состояниями сознания.  Здесь можно использовать различную терминологию, главное помнить, что когда мы используем термин «измененное состояние сознания» – это психиатрический термин, но в контексте трансперсонального подхода мы рассматриваем весь возможный спектр переживаний, спектр состояний, не включая патологический. И человек, проходя программу по пневмосинтезу, как раз осваивает всё, что дала нам современность,  и всё, что дали древние культуры, древние наработки. Получив определенные знания, получив определенный опыт, человек начинает, исходя из своей потребности, из своего запроса, исходя из ситуации с самим человеком или с его клиентом, если этот человек является специалистом (терапевтом или консультантом), зная всё, что я выше перечислил, формировать свои методики под конкретную задачу. То есть, освоив базу, освоив основные фундаментальные кирпичики, зная, как всё это работает, как это стыкуется между собой, можно формировать определенные контекстуальные дыхательные техники, не только дыхательные, а например, телесно-дыхательно-коммуникативные. Главное понимать,  как это работает, как техники стыкуются. Можно ставить определенную задачу и решать эту задачу вновь создаваемыми уникальными методиками. И здесь мы еще раз приходим к тому, что невозможно решать широкий спектр задач одной техникой, тем более если эта одна техника презентуется, как особо важная, особо значимая, самая правильная, самая эффективная, здесь возможен только интегральный подход, подход за пределами ограничений.  

Мы всегда находимся в неком потоке новизны, осваивая что-то новое, мы получаем новые знания, новые ресурсы, новые возможности и. Пространство пневмосинтеза – это как раз то самое пространство, где я не вижу ограничений. Если у человека есть интерес к расширению своего представления о себе и о мире. Это рабочее профессиональное пространство весьма обширно, там всегда есть  возможность для эксперимента, для расширения теоретической базы и для наработки новых практических инструментов. И я осмелюсь предположить, а то и утверждать, что не всё сводится только к работе с дыханием. Мы просто взяли дыхание как базу, потому что дыхание некая основополагающая категория. С точки зрения философско-психологической, известная метафора,  дыхание – это энергообмен с миром, вдох – это принятие энергии от мира, выдох – это отдавание, пауза между вдохом и выдохом – это пауза в энергообмене. Мы можем еще и с этой стороны рассматривать дыхание. Наша психика всегда связана с телом, пока мы живы, и наше состояние отражено в дыхании,  а наше дыхание может регулировать наше состояние.  И этим можно воспользоваться, этим можно здорово играть. Стать мастером игры. Так что  человек, который занимается пневмосинтезом, может формировать свою собственную методику под те задачи, которые надо решить, то есть создавать контекстуальные дыхательные, телесно-дыхательные практики.  

Мария Вациете: Фактически это очень хороший метод как для профессионалов, так и для непрофессионалов. Потом каждый сможет использовать те же дыхательные приемы для решения своих проблем.

Герман Карельский:  

Мы всегда рассматриваем использование трансперсональных и интегральных методик в двух контекстах:  

1) чисто профессиональный, причем этот контекст мы можем рассматривать в двух направлениях?– в психологическом и психиатрическом. Психологи по определению работают со здоровыми или условно здоровыми людьми, естественно, когда мы говорим про здоровых людей, психиатр может с долей иронии сказать, что здоровых людей не бывает, есть недообследованные. И тем не менее есть условно здоровые, которые становятся клиентом психолога, и есть не особо здоровые, которые являются клиентами психиатра. Идеи пневмосинтеза можно использовать как в психологии, так и в психиатрии.  

2) Эти же идеи можно использовать в качестве индивидуальных техник самоисследования и трансформации, когда человек может использовать подобные методы только для себя, для того, чтобы расширить свое представление о самом себе или о том, как он себя понимает. С одной стороны, человек расширяет представления о самом себе, с другой стороны, он решает свои внутренние задачи, по сути конфликты. Решая это, он высвобождает свои ресурсные состояния, тем самым делая свою жизнь вкуснее, здоровее и эффективнее во всех направлениях и смыслах. И человек получает тотальное оздоровление – телесное, душевное и социальное. И критерием правильности выполнения подобных практик является то, как улучшается качество жизни практикующего. При этом у практикующего улучшается качество жизни и от этого улучшения не страдают окружающие. Мало того, что у практикующего все хорошо, и у его окружения тоже всё хорошо. Практикующий становится своего рода системообразующей единицей, которая транслирует в мир собственные конструктивные позитивные изменения. И эта трансляция конструктива заражает других и другим хорошо. Вот критерий.  

Майков:

Поэтому мы приглашаем вас войти в новую, формирующуюся семью, членов которой мы могли бы назвать (следуя древней традиции) неопневматиками, потому что пневматика – это древняя практика ранних христиан гностиков, которые активно использовали возможности дыхания для постижения бога и для высших духовных целей. Есть замечательная книга «Основы пневматологии» Шмакова. Основы пневмосинтеза, чтобы следовать срединным путем дыхания в жизни. Дышать свободно и жить на всю катушку.  

Вациете: А как найти, где войти?  

Вы можете приехать в те места, где мы уже проводим тренинги – это Краснодар, Москва, Казань. Или пригласить к себе и начать программу в Латвии. Формат программы очень удобный: трехдневный – это пятница, суббота и воскресенье. Некоторые модули программы ведет Герман, некоторые я. По прохождении одной ступени выдается сертификат Фрайбургской школы работы с сознанием. С нами работает коллега – Геннадий Бревде. Вся программа целиком – это программа европейского сертификата по психотерапии. Поэтому закончивший все уровни и все семинары, получает не только Фрайбургские дипломы по различным промежуточным ступеням, он  получает весь «джентльменский набор» методов работы с дыханием и ключ к этому набору, который называется срединным путем  дыхания – пневмосинтезом, для того чтобы работать с дыханием без ограничений в любой жизненной ситуации. Использовать по максимуму все возможности дыхания. Стать на путь пневмотологии, когда дыхание, как в цигун, становится главной творческой движущей силой. Поэтому мы можем использовать наш опыт, наши практики, безграничное трансперсональное воззрение, которое формируется в этой программе, для того чтобы стать и мастером жизни, и лидером в той области, которую мы избрали для себя. Учебные программы пневмосинтеза целиком или блоками могут быть полезны любому, потому что наша программа современна, она заточена на использование в наше время.  

А как долго по времени предусмотрено прохождение такой программы?

Майков:  

Это зависит от возможностей людей. Целиком программа?– это 1000 часов. В формате трехдневного семинара мы даем 30 академических часов. Соответственно, это 30 таких семинаров. Даже если эти семинары будут проходить 10 раз в год. Это 3 года. Полная программа. Но блок пневмосинтеза можно пройти за год, блок изначальной психотерапии чуть больше чем за полгода. Избранный практикум Германа (у него есть свой особый блок, потому что он мастер-практик дыхания) тоже можно пройти за полгода. По требованиям европейской трансперсональной ассоциации это должно быть около трех лет. И мы примерно в самом компактном варианте можем вписаться в этот формат. Это профессиональные требования, мы не можем их менять.

А предусмотрена ли какая-то теоретическая часть?

Майков:

Она неразрывная часть всех семинаров. Не бывает теории без практики, а практики без теории. Без теории не будет расчищено пространство для открытой новой практики.  

Мария Вациете:

Думаю, что жителям нашей страны этот подход будет интересен. Будем надеяться, что у нас получится простроить эту ситуацию. Будем сотрудничать.

Пожелайте нашим читателям что-нибудь.

Герман:

Развивайтесь. Пользуйтесь всеми возможностями, которые предлагает жизнь. И всё, что дает нам возможность попасть в поток новизны, где мы можем что-то узнать о себе и о мире, всегда может быть использовано на благо нам и нашим близким. Поэтому если мир дает шанс развиваться – пользуйтесь!  

Майков:

Если ближе к дыханию, то мы знаем, что за вдохом неизбежно следует выдох. А за выдохом вдох, и так до тех пор, пока мы живы. Поэтому если есть вход, то есть и выход. Не существует клеток, не существует замкнутых пространств, и сам процесс дыхания помогает нам находить результаты. Поэтому следуйте своему дыханию, и всё будет хорошо! 

Спасибо!

Автор статьи - Владимир Майков, трансперсональный психолог